Каждый будний день «Сегодня» делится с читателями дайджестом самых интересных материалов израильской прессы, а потом подробно разбирает один из этих материалов.
Андеграунд, термин, обозначающий независимое искусство, в дословном переводе с английского — underground — означает «подполье». В Тель-авивском музее изобразительных искусств утверждают, что объединили оба значения, переместив выставку, где представлены андеграундные работы, под землю во время войны с Ираном.
Как рассказывает The Times of Israel, несмотря на непростую обстановку, музей продолжал время от времени проводить небольшие экскурсии по подземным помещениям.
В частности, небольшие группы экскурсантов могли осматривать находящиеся под землей картины в рамках тура под названием «Инцидент не завершен» («Ируа ло истайем»), что отсылает к сообщениям Службы тыла, которые приходят после ракетных тревог.
Экскурсия по подземелью начиналась с опустевшего зала, где до начала войны была развернута уникальная выставка «Конец дня: 100 лет “Новой вещественности”» («Новая вещественность» — художественное течение в Германии второй половины 1920-х годов, которое включало в себя живопись, литературу, архитектуру, фотографию, кино и музыку).
Сотрудница музея Наама Бар-Ор рассказывала группе, что выставка включает в себя работы из уникального частного собрания немецкого коллекционера Яна Фишера.
Кто такой Ян Фишер и в чем уникальность коллекции
Следует отметить, что в публичном пространстве об этом коллекционере известно немного. В отличие от множества скандальных личностей, он не входит в число популярных медийных фигур на арт-рынке, в СМИ почти нет его интервью, — словом, Фишер предпочитает держаться инкогнито, не раскрывая деталей своей биографии и истории своей коллекции.
В сравнении с крупными коллекционерами, активно работающими с музеями и масс-медиа, Фишер выглядит своего рода «закрытым» игроком, проявляясь лишь тогда, когда работы из его коллекции оказываются отобраны для выставок. В открытых источниках нет даже информации о том, в каком именно городе Германии он живет.
Тем не менее, его имя тесно связано с собранием шедевров «Новой вещественности» (Neue Sachlichkeit), в котором представлены картины таких мастеров, как Отто Дикс, Георг Гросс, Кристиан Шад и Рудольф Шлихтер — ключевых фигур этого удивительного направления.
Интересно, что сама коллекция крайне редко экспонируется публично. Таким образом, Фишер предстает не «коллекционером ради статуса», а скорее человеком, одержимым четкой и понятной идеей: формированием полной картины художественного среза 1920-х годов.
Оценки стоимости его коллекции в публичных источниках не приводятся, что вполне типично для закрытых частных собраний. Но, если ориентироваться на рынок, то можно сделать осторожные предположения: известно, что работы ведущих художников «Новой вещественности» на аукционах могут стоить от нескольких сотен тысяч до нескольких миллионов долларов за картину, в зависимости от уровня и сохранности.
В собрании Фишера десятки (а возможно, и более сотни) таких работ — стало быть, суммарная стоимость коллекции вполне может колебаться в диапазоне от десятков до нескольких сотен миллионов долларов. Это, конечно, приблизительная оценка, но она отражает уровень значимости собрания.
«Новая вещественность»: что это за направление и в чем его специфика
Комментируя эпоху «Новой вещественности», Бар-Ор замечает: «Это было крайне нестабильное время с неопределенным будущим. Искусство предлагало особый взгляд на происходящее, становясь своего рода зеркалом реальности».
После того, как ведомая сотрудницей группа, прошла через пустые выставочные залы в аудиторию музея и вышла на сцену, где играл пианист, участников разделили на более мелкие группы и провели вниз по узкой лестнице в подземные помещения.
Около 40 из 120 работ выставки «Конец дня» вывесили в гримерках, где обычно готовятся к выступлениям артисты. «Такого ещё не было, — признается Бар-Ор. — Мы нарушаем привычные правила экспонирования, размещая произведения в помещениях с водопроводными трубами и электрическими розетками».
В некоторых гримерках предусмотрены раковины, и понятно, что в обычных условиях развешивать картины неподалеку от кранов с водой или раковин считалось бы совершенно недопустимым. «Это нестандартное решение, но оно лишь подчеркивает чрезвычайность ситуации», — поясняет Бар-Ор.
Как пишет The Times of Israel, выставка успела проработать совсем недолго, прежде чем началась война. По мере того, как военные действия затягивались, в музее приняли решение перенести часть работ в подземные помещения, которые одновременно еще и служат убежищами.
Почему «искусство под землей» актуально сегодня
В одном из более просторных помещений, где размещено около десятка произведений, многие из которых — портреты, Бар-Ор рассказала собравшимся, что художники «Новой вещественности» стремились показывать реальность без прикрас, изображая людей не идеализированно, а, наоборот, максимально честно. Это, по ее мнению, образует неожиданную перекличку с сегодняшним днем.
Другими словами, выставка становится не просто рядовым художественным проектом, а рассматривается как актуальное высказывание о современности через призму искусства прошлого.
Кстати, следующий тур в рамках проекта «Инцидент не завершен/Экстренная экскурсия по подземным пространствам музея» пройдет в четверг, 16 апреля. В музее сообщают, что билеты доступны онлайн, экскурсии проводятся на иврите и на английском языке.