Прошел год с момента, как весь мир увидел испуганное лицо Арбель Йехуд — ее выводили к свободе сквозь плотную толпу вооруженных боевиков в секторе Газа. Тогда этот кадр казался кульминацией ужаса. Теперь становится ясно: это был лишь последний эпизод 482 дней систематического насилия, которое пережила израильтянка.
В большом интервью The Daily Mail 30-летняя Арбель впервые решилась рассказать о том, что происходило с ней в Газе. Толчком стало признание другой бывшей заложницы — 25-летней Роми Гонен, которая открыто рассказала о сексуализированном насилии. По словам Арбель, то, с чем Роми столкнулась однажды, ей самой приходилось переживать «почти каждый день в плену».
«Я пыталась закончить это трижды»
Йехуд содержалась в одиночной изоляции, и, по ее словам, условия были настолько тяжелыми, что в какой-то момент это довело ее до мыслей о самоубийстве. Голод, допросы, психологическое давление, сексуализированное и физическое насилие — так она описывает пережитое. У нее были сломаны два ребра.
«Я пыталась закончить это трижды, — говорит она. — Мне казалось, что я больше не могу. Были моменты, когда я думала, что это единственный выход».
Вдаваться в подробности Арбель не захотела, лишь подчеркнув, что насилие было тяжелым и постоянным. Она также объяснила, что не довести попытки свести счеты с жизнью до конца ей помогли мысли о возлюбленном, Ариэле Кунио, которого похитили вместе с ней.
«Каждый раз я вспоминала Ариэля, и это давало мне силы продолжать дышать», — признается Арбель. Любовь стала для нее тем якорем, который удержал ее от трагического шага.
Разлука страшнее оружия
7 октября 2023 года пару похитили члены «Исламского джихада» из их дома в кибуце Нир-Оз. Они прятались под кроватью вместе с двухмесячным щенком. Арбель пыталась удержать собаку, чтобы та не лаяла, однако это не помогло — боевики обнаружили их и застрелили щенка у них на глазах.
Через три часа после похищения в секторе Газа пару разлучили. Оба думали, что это временно. Оказалось — на долгие месяцы.
В первые недели им разрешали передавать короткие записки друг другу. «Это давало мне силы, — рассказывает Ариэль. — Напоминало, что я не один, что кто-то борется вместе со мной, даже в тишине».
Но через несколько месяцев их связь оборвали. «Ариэлю сказали, что если он еще раз упомянет мое имя, меня убьют, — объясняет Арбель. — Психологическое давление было безумным. Разлука, незнание, все ли с ним в порядке… Иногда я сходила с ума. Ходила по кругу, билась головой, просто чтобы выпустить напряжение».
Жизнь в изоляции
В начале были разговоры о том, чтобы продать заложников или тайно вывезти их из Газы. Похищенную израильтянку держали в лагерях беженцев. Ее пытались склонить к смене веры. Она голодала.
«Меня держали вместе с четырехмесячным ребенком, когда меня освободили, ему было уже 15 месяцев,— вспоминает Арбель. — Детям там дают ножи с 7-8 лет. За три дня до моего освобождения малыш направил на меня пистолет. Он игрался с ним. Навел на меня, а я умоляла его мать убрать оружие».
Чтобы сохранить рассудок и надежду, Арбель много рисовала в блокноте — их путешествие с Ариэлем по Центральной Америке, будущий дом, семью и детей.
Освобождение — и страх
30 января 2025 года Арбель Йехуд вывели к толпе. Море зеленых повязок. Сотни вооруженных боевиков.
«Я была единственной женщиной. Мой разум пытался понять — я свободна? Но я все еще среди них? Мне было страшно, но я знала, что должна выжить. Я думала об Ариэле — я должна вернуться к нему», — вспоминает она.
По признанию Арбель, самым тяжелым для нее было не оружие вокруг, а понимание, что ее возлюбленный остается в Газе. По возвращении в Израиль она начала международную кампанию за его освобождение.
Ариэль Кунио был освобожден 13 октября 2025 года — после 738 дней плена.
«Я по-настоящему не вернулась к жизни»
Сегодня влюбленные снова вместе, но это «вместе» уже не такое, как прежде. Арбель признается, что с момента освобождения так и не смогла по-настоящему вернуться к жизни.
Их дом в Нир-Озе разрушен, возвращаться некуда. Есть бессонные ночи, флешбеки, реабилитация — и осторожная надежда. В планах у пары приблизиться к той жизни, что была у них до 7 октября, — к простой, скромной жизни в своем доме, где можно строить семью.