Рубрика «Дайджест»: внимательно читаем израильскую прессу и делимся с читателями «Сегодня» самыми интересными редакционными материалами.
The Times of Israel. «Но в памяти моей такая скрыта мощь…»
В Иерусалиме действует удивительный музыкальный проект, направленный на сохранение памяти о погибших на войне: инициатива Youth Creating Memory («Юность, сохраняющая память») реализуется местным отделением движения «Тарбут» — общенационального объединения художников, педагогов и деятелей культуры, продвигающих общественную устойчивость через искусство.
Как сообщает The Times of Israel, речь идет о том, что музыканты и поэты вместе с семьями погибших пишут песни, которые затем исполняют молодежные ансамбли.
Проект был придуман после трагических событий 7 октября 2023 года и получил поддержку муниципалитета. Инициаторы искали форму, которая отражала бы коллективную память и при этом оказывала эмоциональную поддержку тем, кто пережил тяжелую утрату.
Все устроено так: с каждой семьей сотрудничает команда из двух музыкантов и поэта. Их задача — собрать личные истории, тексты и воспоминания, а затем превратить их в музыкальные произведения.
Примером такого плодотворного сотрудничества стала песня в память о 20-летнем солдате Оре Каце из Маале-Адумим, погибшем в Газе. Композитор Инбаль Коэн-Ор изучила его музыкальные предпочтения, пытаясь создать композицию в стиле, который он любил.
Похожим образом были написаны песни, посвященные и другим погибшим — среди них капитан Кфир Ицхак Франко, доктор Эйтан Менахем Нейман и Амит Коэн.
Как указывает The Times of Israel, в творческом процессе заняты в том числе школьные коллективы Иерусалима: ученики знакомятся с историями семей, помогают с аранжировкой и исполняют сами песни.
По итогам года записи объединяют в мини-альбомы, выдержанные в разных музыкальных стилях и отражающие личные истории утраты. Участники проекта подчеркивают: работа носит не только художественный, но и терапевтический характер. А семьи погибших используют созданные композиции на памятных встречах, в дни траура и личных церемониях.
По их словам, музыка помогает сохранить связь с близкими и трансформирует личную боль в феномен коллективной памяти.
Haaretz. Что бы сказал Трумпельдор об Израиле спустя 106 лет после его гибели?
Журналист Haaretz Офир Адерет известен тем, что часто затрагивает разнообразные исторические темы, воскрешает давно забытые имена, раскрывает загадки прошлого. На сей раз он рассказал читателям об удивительной публикации, которая появилась на первой полосе газеты 8 марта 1920 года.
Надо отдать должное Адерету: сам факт его обращения к этой публикации заслуживает одобрения — дело в том, что речь идет о человеке, чья идеология достаточно далека от сегодняшней идеологии Haaretz. Этот человек — Зеэв (Владимир) Жаботинский. На страницах Haaretz он опубликовал некролог своему боевому другу Йосефу Трумпельдору, погибшему в битве за Тель-Хай.
Что же заставило Адерета обратиться к двум этим легендарным фигурам?
«Если бы мы могли вызвать дух Йосефа Трумпельдора спустя 106 лет после его гибели в Тель-Хай и спросить его в День памяти павших солдат Израиля: “Каково решение нашего бедствия, куда нам обратиться и что делать в этой тьме?” — что бы он ответил?» — задается вопросом журналист. И ищет ответы в упомянутом некрологе.
«Если бы еще существовала ведьма из Эн-Дора, и мы пришли бы к ней в эти бурные ночи и сказали: “Подними нам этого однорукого героя…”», — начинает Жаботинский. Что же случилось бы? По его мнению, Трумпельдор повторил бы два слова, которые сопровождали его всю жизнь — от того момента, когда он был ранен в Русско-японской войне до боев при Галлиполи и его гибели в Тель-Хае: «Ничего страшного».
«Два слова, в которых — утешение, мировоззрение и программа. Таков был его путь, таков будет и наш», — подчеркивал Жаботинский.
Тремя днями ранее в Haaretz сообщили: «Пал Йосеф Трумпельдор, герой Израиля!». В этом тексте погибшего представляли как звено в тысячелетней цепи героев: «Этот человек был словно древний мифический образ, потомок древних героев Израиля, участник лагеря Бар-Кохбы <…> Земля Галилеи, место, где выросли наши древние воины, теперь напиталась новой кровью — особой кровью».
Жаботинский, товарищ Трумпельдора со времен Еврейских легионов Первой мировой войны, выждал еще три дня, прежде чем опубликовать его последние слова, ставшие крылатым выражением: «Это были последние слова Йосефа Трумпельдора, когда он увидел горе своих товарищей перед этой великой жертвой: “Ничего страшного — прекрасно умереть за нашу землю”».
Но Жаботинский не ограничился этим, а предложил интерпретацию последних слов героя. «Каждый, кто его знал, может представить ту тихую улыбку, которая играла на его губах, когда он это говорил, — отмечал Жаботинский. — Он не был склонен к высоким словам; глубокая, внутренняя серьезность его души выражалась в поступках, а не в формулах. И когда ему все же приходилось говорить, он будто стеснялся и прикрывал свои слова легкой улыбкой и скромным вступлением: “ничего страшного”».
Жаботинский вспоминал и эпизоды из жизни Трумпельдора: в Русско-японскую войну, очнувшись в госпитале и узнав, что ему ампутировали левую руку почти до плеча, он, улыбнувшись, прошептал: «Ничего страшного, правая важнее».
Позже, в боях при Галлиполи, когда товарищи приходили к нему ночью, жалуясь на охватившее их отчаяние, он отвечал: «Ничего страшного, это пройдет». А когда взрывы сотрясали лагерь, повторял: «Ничего страшного, это далеко». Уже будучи раненым и отказываясь идти в госпиталь, он снова говорил: «Ничего страшного».
Эти слова, по мнению Жаботинского, не были лишь проявлением скромности или юмора — речь шла, скорее, о «глубокой идее, возвышенной логике, всеобъемлющей философии». В ее основе — убеждение, что воля — все, а обстоятельства — ничто: «Из всякой горечи выйдет сладость, если жива воля. Воля — это вечный Тель-Хай, а все остальное — жертвы, унижения, поражения — ничто».
В завершение некролога Жаботинский констатировал: «Таков был путь Трумпельдора, героя духа среди героев силы, и таково его политическое завещание нам всем… Его ответом была улыбка — и вера, способная раскалывать скалы».
The Jerusalem Post. «Шпаги звон, как звон бокала»: серебро израильских фехтовальщиков на чемпионате мира
В Рио-де-Жанейро четверо молодых израильтян — от школьников до солдат — не просто поучаствовали в спортивном соревновании. Они пробили «стеклянный потолок», державшийся десятилетиями.
Как считает The Jerusalem Post, завоевав «серебро» на чемпионате мира среди юниоров в командном турнире шпажистов, Алон Сарид, Федор Хаперский, Мордехай Лахман и Эйтан Хармадский не просто вернулись домой с наградами — они обозначили глубокий сдвиг в самом характере израильского спорта, новую веху в его развитии.
По словам издания, турнир начался для израильтян с 18-го места в рейтинге — то есть, с той позиции, которая обычно не предполагает борьбу за медали. Однако сборная быстро опровергла пессимистичный прогноз: уверенная победа над Мексикой стала первым сигналом, а затем последовала ключевая встреча с Египтом — второй командой мира. Трудно в это поверить, но наша команда выиграла 45:40; при этом матч сопровождался напряжением и нарушением традиций — соперники отказались пожать израильским фехтовальщикам руки после поединка. Впрочем, для израильтян это стало не ударом, а скорее дополнительным стимулом к победе.
Между тем, дорога в Бразилию оказалась не менее сложной, чем сами поединки. На фоне войны и ограниченного авиасообщения сборная добиралась до Рио три дня, а ее состав окончательно определился лишь накануне вылета.
Важную роль в этой истории сыграли тренеры — Александр Иванов, Дорон Левит и Охад Бальва, а также Олимпийский комитет и государственные структуры, обеспечившие выезд спортсменов за границу, включая тех, кто проходит военную службу.
В четвертьфинале израильтяне одолели Венгрию — одну из ведущих держав мирового фехтования, и только в финале уступили сборной США со счетом 39:45. Тем не менее, серебряная медаль с полным основанием может считаться историческим результатом.
По мнению самих фехтовальщиков, это не просто успех конкретной команды, но доказательство того, что Израиль теперь воспринимается как серьезная сила в этом виде спорта.
Как считают эксперты, прорыв во многом объясняется системными изменениями: расширением географии фехтования, ростом финансирования и профессионализацией подготовки. Новое поколение спортсменов совмещает тренировки со службой в армии и учебой, но, тем не менее, ставит перед собой олимпийские цели. Их успех в Рио может считаться началом нового этапа — в процессе которого Израиль будет приезжать на турниры уже не за опытом, а за медалями.
TheMarker. В мире с искусственным интеллектом на первый план выходит креативность
В мире, где распространение искусственного интеллекта угрожает дезавуировать многие навыки, на первый план выходит такое качество как креативность.
TheMarker рассказывает об исследованиях профессора Йоада Кенета из Техниона, которые показывают, что на самом деле скрывается за столь востребованным качеством — и как его можно и нужно развивать.
«Что может быть более интимным, чем снимок мозга?» — так начинает свои лекции Кенет, демонстрируя МРТ своего мозга. Уже много лет он пытается понять, как выглядит «творческий мозг» и возможно ли научить людей разного возраста мыслить креативно.
Вопреки широко распространенным представлениям, в мозге не существует отдельного «центра креативности»: это, по мнению ученого, «целый оркестр когнитивных способностей, работающих сообща».
По словам издания, долгое время эта область исследований оставалась на периферии науки, однако в последнее время внезапно стала переживать настоящий ренессанс — во многом благодаря новым методам измерения креативности, а также из-за вызовов, которые бросает людям искусственный интеллект. Государства, компании и родители все чаще и чаще задаются вопросом, какие навыки останутся востребованными в быстро меняющемся мире, учитывая тот факт, что «в спину» активно дышит ИИ.
Согласно оценкам Всемирного экономического форума, креативность входит в число важнейших качеств, предназначенных для будущего рынка труда. Но что это такое?
Как считает исследователь, научное определение креативной идеи сводится к двум критериям: она должна быть одновременно новой и полезной. Он добавляет: «Недостаточно быть оригинальным — идея должна работать и иметь смысл в своем контексте».
При этом Кенет опровергает популярные мифы: креативность — это не внезапная вспышка вдохновения и не нечто, возникающее «из ниоткуда». Скорее, она глубоко опирается на накопленные знания. Творческие идеи возникают потому, что человек способен извлекать информацию из памяти и соединять ее в новых конфигурациях. Этот вывод подтверждают и практические примеры.
Скажем, предприниматели описывают рождение идей как длительный и порой монотонный процесс — обсуждения, чтение, эксперименты и повторение.
Предприниматель из сферы высоких технологий Шломо Крамер, которого цитирует TheMarker, поясняет: новые идеи появляются не мгновенно, а в результате систематической работы и многочисленных попыток. А инженер и предприниматель Гилад Альмоги признается, что пришел к инновациям в области геномики, опираясь на многолетний опыт в совершенно иной сфере — микроэлектронике.
Как следует из теории ассоциативного мышления, креативность — это процесс поиска в памяти и построения новых связей между идеями. Исследования свидетельствуют о том, что важную роль в нем играет и образовательная среда. Скажем, дети, обучающиеся в междисциплинарных системах, уделяющих внимание самостоятельным исследованиям, демонстрируют более высокий уровень креативности.
По мнению Кенета, задача родителей — не подавлять врожденное любопытство ребенка, а поддерживать его, поощрять разнообразный опыт, эксперименты и открытость новому.
«Маарив». 8 привычек, от которых следует отказаться в процессе сбрасывания веса
Существуют препараты типа GLP-1 — лекарства, помогающие контролировать уровень сахара в крови и аппетит. Они предназначены в первую очередь для лечения диабета второго типа, но, помимо прочего, эффективны при лечении ожирения благодаря своему механизму действия.
Как указывает «Маарив», если вы используете препараты GLP-1 и стремитесь добиться максимального результата, сводя к минимуму побочные эффекты, есть 8 привычек, от которых при этом следует отказаться.
Поздний прием пищи. Препараты GLP-1 замедляют опорожнение желудка; это происходит в самом начале терапии или при увеличении дозы. Если есть поздно вечером и сразу ложиться спать после еды, это ухудшает метаболическое здоровье. Кроме того, пища в желудке может усиливать рефлюкс (обратный заброс кислоты из желудка в пищевод), вызывая изжогу.
Фастфуд. В быстрой еде — много калорий, жиров и переработанных углеводов, и употребление ее во время терапии GLP-1 может снизить эффективность сбрасывания веса. Специалисты отмечают, что это, помимо прочего, может сопровождаться общим недомоганием, повышая риск тошноты, рвоты и болей в животе.
Газированные и калорийные напитки. Сладкие газированные напитки, подслащенный кофе, чай с сиропами, соки и даже некоторые смузи включают «пустые» калории: они быстро усваиваются, но не гарантируют чувства насыщения. Это может тормозить снижение веса и укреплять тягу к сладкому.
Жирная и жареная пища в больших количествах. Избыточное потребление жирного мяса, жареных блюд и продуктов с большим количеством сыра может привести к побочным эффектам GLP-1. Такая еда дольше задерживается в желудке и способна вызывать неприятные симптомы: отрыжку с неприятным запахом, тошноту, боли в животе и рефлюкс.
Пропуск приемов пищи. Пациентам не рекомендуется слишком резко сокращать калорийность или пропускать приемы пищи перед началом терапии GLP-1. Это может вызвать сильную тошноту, головокружение и гипогликемию (привести к слишком низкому уровню сахара в крови), поскольку препараты подавляют аппетит.
Обезвоживание. Очень важно не допускать обезвоживания во время приема GLP-1. Тошнота, рвота и диарея, возникающие порой на ранних этапах лечения, могут быстро привести к потере жидкости, нарушению электролитного баланса и снижению давления.
Чрезмерное употребление алкоголя. Алкоголь усиливает побочные эффекты, отражающиеся на желудочно-кишечном тракте, и может повышать риск гипогликемии, снижать эффективность лечения и мешать снижению веса.
Ряд лекарств. Следует отказаться от препаратов, замедляющих опорожнение желудка, в случае если их не назначил врач, поскольку они могут усиливать побочные эффекты GLP-1. Также важно не возобновлять прием после длительного перерыва (более двух недель) без консультации врача, особенно, если речь идет о больших дозах.